Мой сентябрь пахнет хрустящей корочкой домашних пирогов, сладкой ореховой пастой, жестяными баночками с засушенным чаем и пряной щепоткой корицы… Древесными тягучими духами и мягкими вязаными свитерами… Мокрой листвой чуть позолоченного леса, кленовыми звездочками под ногами, влажным прозрачным воздухом и долгим грибным дождем…
Он мурлыкает томной нежностью и напевает о главном: о тихой музыке сердца, о невозвратности этих мгновений, о нежной и самой чистой любви…

Мой сентябрь пахнет хрустящей корочкой домашних пирогов, сладкой ореховой пастой, жестяными баночками с засушенным чаем и пряной щепоткой корицы… Древесными тягучими духами и мягкими вязаными свитерами… Мокрой листвой чуть позолоченного леса, кленовыми звездочками под ногами, влажным прозрачным воздухом и долгим грибным дождем…
Он мурлыкает томной нежностью и напевает о главном: о тихой музыке сердца, о невозвратности этих мгновений, о нежной и самой чистой любви…

Мой сентябрь пахнет хрустящей корочкой домашних пирогов, сладкой ореховой пастой, жестяными баночками с засушенным чаем и пряной щепоткой корицы… Древесными тягучими духами и мягкими вязаными свитерами… Мокрой листвой чуть позолоченного леса, кленовыми звездочками под ногами, влажным прозрачным воздухом и долгим грибным дождем…
Он мурлыкает томной нежностью и напевает о главном: о тихой музыке сердца, о невозвратности этих мгновений, о нежной и самой чистой любви…

Последней силой наливалось солнце,
И щекотал ресницами сентябрь,
Пожар рябиновый стучал в оконце,
И было тихо так. И календарь,
Как-будто тоже очень медлил,
И кто-то отливал златые дни,
На этой и последующей неделе,
Всем светом первозданной глубины.
И не вдохнуть, не выдохнуть, а только
Щекой прильнуть к теплеющей коре,
И это все.Как звук прозрачный смолкнуть
И раствориться в тихом сентябре.

Последней силой наливалось солнце,
И щекотал ресницами сентябрь,
Пожар рябиновый стучал в оконце,
И было тихо так. И календарь,
Как-будто тоже очень медлил,
И кто-то отливал златые дни,
На этой и последующей неделе,
Всем светом первозданной глубины.
И не вдохнуть, не выдохнуть, а только
Щекой прильнуть к теплеющей коре,
И это все.Как звук прозрачный смолкнуть
И раствориться в тихом сентябре.

Последней силой наливалось солнце,
И щекотал ресницами сентябрь,
Пожар рябиновый стучал в оконце,
И было тихо так. И календарь,
Как-будто тоже очень медлил,
И кто-то отливал златые дни,
На этой и последующей неделе,
Всем светом первозданной глубины.
И не вдохнуть, не выдохнуть, а только
Щекой прильнуть к теплеющей коре,
И это все.Как звук прозрачный смолкнуть
И раствориться в тихом сентябре.